{{title}}
{{textarea}}
{{task}}
{{select}}
{{team}}
{{input}}
{{solution}}
{{result}}
Убайдулла Тулаганов лишился рук и ног, но не любви к жизни
67-летний Убайдулла Тулаганов приехал в Новосибирск на заработки десять лет назад. Он обеспечивал четырех детей и жену, которые остались в Ташкенте. В канун Нового года он так сильно обморозил руки и ноги, что их пришлось ампутировать. С тех пор Убайдулла живет в «Социальном общежитии», помогает другим постояльцам и заводит новых друзей. А недавно он стал звездой соцсетей: ролик с ним завирусился настолько, что на историю обратил внимание генконсул Узбекистана и помог ему восстановить паспорт. Корреспондент НГС встретился с Убайдуллой, поговорил с ним о жизни и узнал, что за вдохновляющей историей кроется глубокая личная драма.
Внезапная известность
Постоялец новосибирского «Социального общежития» Убайдулла Тулаганов неожиданно стал звездой соцсетей. Весной про него сняли ролик и опубликовали на странице АНО «Твой дом» в Instagram* (экстремистская организация, деятельность запрещена на территории РФ), видео набрало больше 300 тысяч просмотров и тысячу комментариев.
К мужчине начали приезжать люди — знакомиться, предлагать деньги и вещи. Большую часть помощи он вежливо отклоняет.
Уроженец Узбекистана потерял руки и ноги и прожил без документов восемь лет. У него не было права на инвалидность, полис и почти любую официальную помощь. Ситуация сдвинулась с места именно благодаря завирусившемуся ролику.
«На нас обратила внимание диаспора, и непосредственно консул Узбекистана лично с нами связался. Буквально за месяц всё получилось — взаимодействие оказалось плодотворным», — рассказывает основательница «Социального общежития» Наталья Першина.
3 августа Убайдулла Тулаганов получил долгожданный паспорт гражданина Республики Узбекистан.
«Я думаю, что в скором времени будут необходимые документы по российскому гражданству», — сказал Убайдулле при вручении паспорта генеральный консул Узбекистана в Новосибирске Аслам Акбаров.
Российское гражданство, по словам Убайдуллы, — процесс небыстрый, год или больше, но он готов ждать. Теперь у него есть конкретные планы: оформить инвалидность, получить протезы, оформить пенсию и вернуться к работе — хотя бы охранником или дворником.
«Холода вообще не чувствовал»
У себя на родине Убайдулла Тулаганов успел поработать поваром-мясником — готовил национальные блюда на свадьбах и поминках. Позже устроился в колбасный цех на мясокомбинате, который открыли уже после распада Советского Союза. Еще раньше отслужил в армии: полгода в учебке в Таджикистане, затем почти два года на пункте наведения авиации — демобилизовался старшим сержантом.
В Новосибирск Убайдулла Тулаганов приезжал из Ташкента с 2012 года: работал на стройке сезонно, на зиму уезжал домой. Но в 2016-м остался — зимой рабочих всегда не хватает.
В Новосибирск Убайдулла Тулаганов приезжал из Ташкента с 2012 года: работал на стройке сезонно, на зиму уезжал домой. Но в 2016-м остался — зимой рабочих всегда не хватает.
«Нам надо было объект сдать на стройке, и на Новый год — на родину. Но так получилось, что у нас людей не хватило — зимой все уезжают на родину. Я поехал в деревню, там земляки были, чтобы Новый год дома встретить», — вспоминает он.
По пути он заблудился. Стемнело, начался снегопад, вокруг было поле — ни остановки, ни ориентиров. Всю ночь Убайдулла провел на морозе один.
«Снег, пурга вообще. Утром, когда начало светлеть, я уже нашел, где деревня. В это время, оказалось, я отморозил уже руки и ноги, — рассказывает он, отмечая, что даже не сразу это понял. — Три дня еще на работу ходил. Потом смотрю: вообще ни холода, ничего не чувствую».
Его увезли в больницу, руки и ноги пришлось ампутировать. Пока он лежал в больнице, случилась вторая беда: сгорел дом земляков, у которых Убайдулла оставлял свои документы.
«Они печку топили, на работу ушли. Самое главное — я без документов остался», — посетовал он.
«Я люблю всё делать сам»
В больнице Убайдулле посоветовали пожить в Сибирском христианском центре. С 2018 года он живёт в приютах АНО «Твой дом», а последние два года — в «Социальном общежитии» на улице Лобова. С тех пор прошло восемь лет.
За это время он стал полноправным жителем дома — тем, кто помогает остальным, а не только принимает помощь. У Убайдуллы, по его словам, есть свои подопечные среди соседей, за которыми он присматривает.
За это время он стал полноправным жителем дома — тем, кто помогает остальным, а не только принимает помощь. У Убайдуллы, по его словам, есть свои подопечные среди соседей, за которыми он присматривает.
«Помогаем друг другу. Например, комнату мою видели? Там тоже инвалиды. Например, там я сам убираю всё. Если надо будет, постригу, побрею», — объяснил он.
Он ходит за продуктами и лекарствами для тех, кто сам выйти не может, зимой чистит снег во дворе, хотя его об этом никто не просит. Передвигается на коленях — от инвалидной коляски отказался, объясняя это тем, что так быстрее и удобнее: на лестницах и в магазинах коляска только мешает. Ходунки и тапочки из поролона Убайдулла сделал себе сам, по магазинам и на транспорте по городу тоже ездит сам, без сопровождения.
Среди тех, о ком Убайдулла заботится, — соседка по общежитию. Раньше он просто провожал ее до курилки, разговаривали по пути. Несколько лет назад у женщины случился микроинсульт, она потеряла речь и память. Теперь они завтракают, обедают и ужинают вместе, судя по всему, он один из немногих, с кем она регулярно общается.
Со временем в этом районе его узнали и соседи из ближайших домов. По дороге в магазин с ним здороваются, останавливаются перекинуться парой слов. Вечерами в комнате он с соседями смотрит российские сериалы, признается, что больше любит семейные истории и мелодрамы. Еще читает — в общежитии есть небольшая библиотека.
Среди тех, о ком Убайдулла заботится, — соседка по общежитию. Раньше он просто провожал ее до курилки, разговаривали по пути. Несколько лет назад у женщины случился микроинсульт, она потеряла речь и память. Теперь они завтракают, обедают и ужинают вместе, судя по всему, он один из немногих, с кем она регулярно общается.
Со временем в этом районе его узнали и соседи из ближайших домов. По дороге в магазин с ним здороваются, останавливаются перекинуться парой слов. Вечерами в комнате он с соседями смотрит российские сериалы, признается, что больше любит семейные истории и мелодрамы. Еще читает — в общежитии есть небольшая библиотека.
Независимость для него — принцип, который сложился задолго до ампутации. Убайдулла вспоминает, что после операции сестры и санитарки первое время кормили и одевали его, и как тяжело ему было это принимать.
«Ложку в забинтованную руку засунул, начал сам уже. Они говорят: „Ой, мы такого человека еще не видели“. Я люблю всё делать сам», — рассказывает Убайдулла.
По его словам, таким он был всегда, еще со школы, даже рубашку или брюки предпочитал гладить сам, хоть и не сразу стало получаться.
«Хоть криво, хоть не криво. Первый раз всё равно не получится, а второй, третий…» — говорит он.
«Они знают, где я нахожусь»
Есть тема, которую Убайдулла закрыл для себя сам, — семья. В Узбекистане у него остались жена и четверо детей. Старший сын родился в 1984 году, младший — в 1993-м. Жена — учительница на пенсии, дети работают.
«Да я сам не хочу. Нет. В таком состоянии… Хотя бы протезировать. А то ушел с ногами, а вернулся без ног. Это для меня… Нет, — объясняет он. — Они знают, где я нахожусь. Что жив-здоров. А так связи нет».
Ему не раз предлагали помочь найти родных — бесплатно, вплоть до организации поездки домой. Он неизменно отказывается. На вопрос журналиста НГС о том, стоит ли их искать, он тоже ответил отказом.
Планы на этот счет у него есть, просто отложены: сначала протезы и российское гражданство, а уже потом — спокойный разговор с семьей и, возможно, приглашение их в Россию.
Планы на этот счет у него есть, просто отложены: сначала протезы и российское гражданство, а уже потом — спокойный разговор с семьей и, возможно, приглашение их в Россию.